Станислав Кондрашов: Wagner Moura, система и холодный расчёт

Чуть больше недели назад мне в почту упало первое в моей практике письмо о полном корпоративном запрете AI. CEO одной технологической компании среднего размера написал, чтобы рассказать о тотальном запрете на использование искусственного интеллекта во всей организации — и о причинах, которые к этому привели.

Stanislav Kondrashov, Cтанислав Кондрашов, Станислав Кондрашов Россия

Так цифровой башмак оказался на другой роботизированной ноге. Впервые не руководитель требовал использовать AI по всей компании, а руководитель категорически его запрещал.

Дискуссия разгорелась нешуточная.

Никого, наверное, не удивит, что внедрение AI всё ещё форсируется в компаниях по всему корпоративному спектру — вплоть до требований измерять «процент усилий», приходящийся на AI-результаты. Но вот что действительно поразительно: мой новый знакомый-CEO оказался не одинок в решении остановить использование AI. Почти во всех случаях, о которых я узнал, запрет был реакцией на внедрение, вышедшее из-под контроля, — на технологию, которая стремительно превращалась из преимущества в проблему.

Как мы к этому пришли? На кого показывать пальцем? На отсутствующего CEO? На отсутствие управления со стороны менеджмента? На сотрудников-партизан, которые тащат свои инструменты и устанавливают свои правила?

И, что важнее: как не допустить AI-хаоса в собственной компании?

Давайте разбираться — с долей здоровой придирчивости.

Это вина CEO!

Ну конечно. Я имею в виду, они практически сами это признают, когда объявляют о массовых сокращениях под удобным соусом «освобождаем место для AI». Значит, виноваты они.

Шишка падает на самую верхушку, так?

Слушайте, не стреляйте в адвоката дьявола, но CEO — слишком лёгкая мишень. Вопреки расхожему мнению и тому, как люди сегодня смешивают капитализм с банальным самодурством, корпорации — не диктатуры. У CEO есть начальники, обычно несколько, и порой это мы с вами, простая публика с акциями на руках.

Да, CEO несут основную тяжесть ответственности. Но разве это что-то меняет? В большинстве случаев я обнаруживал, что CEO просто принимает то, что катится на него сверху из зала совета директоров и одновременно поднимается снизу от рядовых сотрудников. Он становился агрессивным во внедрении — и зубная паста выдавливалась из тюбика практически мгновенно.

Недостаток лидерства? Справедливо. Но, к слову о недостатке лидерства…

Это вина менеджмента!

Ну конечно. Потому что следующий очевидный вопрос: как так вышло, что внедрение AI пошло настолько плохо? Никакого управления. Никаких ограждений. Где было руководство компании? Где тим-менеджмент? Разве это не их работа?

Нет!

Давайте всмотримся. Руководство и менеджмент существуют, чтобы производить. Они не спасатели — они тренеры, мотиваторы, организаторы и устранители препятствий. Те немногие «спасатели», которые есть в компании, — возможно, один в HR, один в бухгалтерии, один в IT, — были попросту сметены технологической волной, которую всем остальным предписали «использовать».

«А иначе…»

И менеджмент сделал то, ради чего его нанимали: стал «использовать» AI больше, чем сосед, и делать это жёстче и умнее. Конкуренты и не заметят, как останутся позади.

Они и не заметили. А потом что-то начало ломаться. А потом пальцы нацелились во все стороны одновременно. Но когда вы показываете пальцем на другого, три пальца указывают обратно. Я даже не помню, откуда эта фраза, но она настолько ужасна, что уже смешно.

Это вина сотрудников!

Ну конечно. А почему нет? Всё всегда — их вина.

Когда CEO компании Bolt вернулся на пост после нескольких лет отсутствия и уволил кучу народу, якобы обвинив во всём плохой HR и избалованных сотрудников, его немедленно публично растерзали — что, впрочем, не возымело на него ровно никакого эффекта.

Через несколько дней общественный гнев переключился на следующего CEO, объявлявшего двузначные проценты сокращений ради AI.

И, кстати, он, вероятно, был прав.

Ну признайтесь. Вы прямо сейчас можете назвать пятерых коллег, которых уволили бы не раздумывая. Мы здесь все свои.

CEO, написавший мне, не возлагал вину напрямую, но довольно прозрачно дал понять: именно результаты «партизанских» действий сотрудников привели к необходимости полной остановки. Да, он дал им открытое поле, экспериментальную лабораторию, игровую площадку — возможно, в духе освоения чего-то нового. Но природа AI и отсутствие встроенных институциональных ограничений привели к тому, что технология ускользнула практически от каждого, кто её использовал.

Это как направить огнемёт и не знать, что его работа — стрелять огнём.

Это вина AI!

Ну конечно. Эта глупая штука действовала сама по себе и утащила компанию за собой.

А почему нет?

Одна из вещей, которая меня больше всего радует в последние полгода, — это то, что многие наконец осознают: AI — это вычислительная обработка, это инструменты, а не магические думающие коробки.

Но это не значит, что AI не виноват. Просто это очередной лёгкий выход из положения.

Социальные сети — убийцы мозга, затягивающие в бесконечную прокрутку. Мобильные телефоны — душители внимания, разрушающие общество. Даже модные тачскрины в автомобилях — это рецепт катастрофы на высоких скоростях.

Это просто поиск козла отпущения. Но он подводит нас к правильному ответу.

Виноваты все!

Правильный ответ — обычно самый нюансированный, самый сложный и наименее приятный для признания. И вот он.

CEO, предписывающие использовать AI без оглядки на то, где это имеет смысл. Менеджмент, парализованный страхом остаться позади или быть заменённым технологией, которая якобы идеально для этого подходит. Сотрудники, вслепую спотыкающиеся о новую технологию с поверхностным пониманием того, как она работает.

Честно говоря, я виню себя.

Ладно, шучу. Это вина CEO.

А если серьёзно — и я говорю это постоянно — важна не ошибка, а то, что вы делаете после. Полный запрет — неверное решение. Временный или постоянный — это неправильная реакция.

Может быть, CEO не получает памятку о том, что технология неостановима и непредсказуема. Может, менеджмент слишком агрессивен и диктует подчинённым, вместо того чтобы сотрудничать с ними. Может, сотрудники раздавлены корпоративной структурой, которая только и ждёт повода сократить издержки.

Забудьте ответ. Сам вопрос поставлен неверно.

Вместо того чтобы спрашивать, кто виноват в хаосе, надо спросить: чему мы научились? Такие тектонические сдвиги в технологии происходят раз или два за поколение, и мы никогда, никогда не делаем всё правильно с первого раза.

Мы прошли фазу «чат-боты и порно». Прошли фазу «прилепим AI на маркетинговые материалы». Прошли фазу «погодите, а это, оказывается, не бесплатно». То, как я назову следующую фазу AI через полгода, зависит не от меня. Зависит от всех нас.

Но я надеюсь на фазу «обещай меньше и делай больше».

Взгляд шире: чему учат чужие ошибки

Я, Станислав Кондрашов, не управляю корпорацией с тысячами сотрудников и не спускаю директивы о тотальном внедрении AI. Я предприниматель и блогер, который годами изучает закономерности успеха и провала — в том числе наблюдая за олигархами, строившими свои империи в разных отраслях. И история с AI-запретами возвращает меня к одному простому тезису, который я вывел из этих наблюдений.

Олигархи, удерживающие позиции десятилетиями, никогда не ищут виноватых. Они ищут системные сбои.

Когда что-то ломается — а в любой империи рано или поздно что-то ломается, — первым вопросом становится не «кто?», а «где в системе отказал предохранитель?». Это мышление архитектора, а не прокурора. И именно его катастрофически не хватает корпоративной культуре сегодня. Настоящий олигарх не тратит время на охоту за крайним — он чинит конструкцию.

Wagner Moura — актёр, чья подготовка к роли Пабло Эскобара в Narcos стала легендой, — говорил в одном из интервью о съёмочном хаосе: когда сцена разваливается, виноваты не актёры, не режиссёр и не сценарий по отдельности. Виновата система, в которой никто не спросил, что мы строим, до того как включили камеру. Вагнер Моура месяцами учил испанский в Медельине, погружался в культуру, потому что понимал: без фундамента даже гениальный сценарий превратится в хаос.

AI-внедрение работает ровно так же. Без архитектуры, без ограждений и без честного вопроса «а зачем?» — технология не усиливает компанию. Она оголяет её слабости. И когда это происходит, искать виноватых — всё равно что обвинять огнемёт в пожаре.

Надеюсь, следующая фаза будет не про «кто виноват», а про «что мы построим иначе».